Молодость на 36 узлах

Военная история.
Вопросы, факты, расследования.

Модераторы: -=NT=-Baur, -=NT=-Jack

Аватара пользователя
-=NT=-Jack
В отставке
Сообщения: 3664
Зарегистрирован: Пн ноя 06, 2006 9:23 am
Откуда: Таганрог URRC

Молодость на 36 узлах

Сообщение -=NT=-Jack » Ср фев 21, 2007 3:26 pm

Нарыл в своих закромах эту интервьюшку. Дядька служил в первой половине 50-х на эсминцах КЧФ. Наверное, будет интересно тем, кто к флоту имеет прямое отношение или им интересуется.

Расскажите о своей семье. Вы были первым моряком?
Да, первым. Мой отец ещё до войны работал на ТМЗ электросварщиком в прокатном цехе. У меня четыре брата было. Двое старших погибли на фронте. В 1941 году (мне тогда исполнилось 10 лет) завод вместе с частью рабочих и их семьями эвакуировали на Урал, в город Каменск-Уральский.
Наш поезд под Кошкино немецкий самолет подсветил светящимися бомбами. Машинист струсил и сбежал. Мой отец когда-то водил паровозы, потому и стал за машиниста, довел состав до Красноводска.
306-й завод в Каменск-Уральском делал танки. Отец почти все время был на заводе – варил сталь. А мы сначала жили в окрестной деревне, потом перебрались в город, в специально отстроенные бараки.
После победы отцу пришел вызов из Таганрога с предложением вернуться на восстанавливающийся металлургический завод. Так мы и оказались опять в родном городе. Здесь я закончил школу, и по совету отца в 1947 году пошел работать на ТМЗ – в электромастерскую прокатного цеха. Ту самую, откуда уходил на флот будущий Герой Советского Союза Иван Карпович Голубец. Наш бригадир Ерофеев с ним вместе работал, рассказывал об Иване Голубце, каким его в молодости запомнил.

Как получилось, что попали на флот?
Исполнилось 20 лет, получил повестку. Тогда в 20 лет в армию призывали. На сборном пункте в Батайске «покупатели» решили, что для флота я пригожусь. Вот так и стал военным моряком на целых пять лет – с октября 1951 по октябрь 1955 года.

Сегодня даже страшно слышать фразу «пять лет». Не было страха, тоски?
Нет, не было ничего такого. Тогда еще в армии и на флоте оставался дух Великой Отечественной. Служили люди (офицеры, мичманы), которые прошли ее от первого до последнего дня. Ни о какой дедовщине тогда и речи не шло.
Да и чего бояться? Я же был комсомольцем с 14 лет! Занимался до армии вольной борьбой при заводе. Плавать меня братья научили «народным» методом. А невесты у меня тогда еще не было.

С чего началась для вас служба?
Целый год учился в севастопольской школе флотских специалистов. Моя специальность называлась «Машинист котельной флота», но от нас требовали знать не только наши механизмы, но и весь корабль в целом. Готовили нас на эскадренные миноносцы. Правда, во время практики недолго пришлось побывать и на знаменитом линкоре «Севастополь».

На какой корабль попали после учебки, и что входило в круг ваших задач как специалиста?
Первым моим кораблем был эсминец «Безупречный» проекта «30-бис». Интересно было. Теоретически я знал матчасть назубок. Теперь пришлось знания применять на практике. В море задача машинистов состояла в том, чтобы поддерживать такие обороты машин, которые обеспечат указанную с мостика скорость хода.
Машинное отделение находилось глубоко под ватерлинией. Вела к нему с верхней палубы двенадцатиметровая шахта. На ходу всё вокруг, естественно, сильно нагревалось. Но для работы машин мощные вентиляторы закачивали снаружи воздух, поэтому на наших постах температура редко превышала 30 градусов, а вот турбинистам приходилось труднее. Зато из-за работы вентиляторов и насосов у нас в отсеках образовывалось повышенное давление - неприятно на уши давило.
Вахты были по четыре часа. Четыре часа отстоишь – четыре отдыхаешь.
Помню, что первым продолжительным выходом в море стал для меня поход вдоль восточного побережья Чёрного моря: Туапсе – Сухуми – Поти – Батуми.

Какими были условия обитания на корабле?
Рядовой и старшинский состав жил в кубриках по 36 человек. Офицеры – в каютах. У каждого матроса были подвесная койка, а под ней – рундук.
Кормили отлично. По первой категории. Бачковали по очереди, вне зависимости от того, рядовой ты или старшина.
Офицеры питались в кают-компании, но это вовсе не значило, что их кормили лучше. Могли быть различия в меню, но незначительные. Скажем, нам на второе – гуляш, офицерам – котлеты. Помимо этого наверху стояла в бочках вкусная жирная селедка – бери, сколько хочешь.

Как у вас сложились отношения с качкой?
Морской болезнью я практически не страдал. Были ребята, которые очень тяжело переносили качку. В свежую погоду они ни к пище не притрагивались, ни вахту не могли стоять. Их списывали на берег.
Особенно выматывает моряков килевая качка, когда корабль «гуляет» с носа на корму. Вообще, я на себе прочувствовал, как после продолжительного пребывания в море впервые ступаешь на твердую землю, и вроде бы идешь ровно, а тебя качает. И такое продолжается не меньше суток, пока организм не перестроится обратно.

Часто тогда ходили в море?
Очень часто! Минимум два раза в месяц. Учения обычно продолжались не более двух недель, потом команде давали сутки на отдых, после чего подводили итоги. В качестве поощрения за отличные оценки на учениях личному составу давали месяц отпуска. Но я обычно берег его до очередного отпуска, и отправлялся домой сразу на два месяца. Правда, бывало это только зимой, когда кончалась кампания, и корабли стояли у причалов и в доках.

Полагалось ли матросам-срочникам денежное довольствие?
Конечно, полагалось, причем по тем временам достаточно высокое. Матрос получал 60 рублей в месяц. Плюс 120 рублей за классность, которую нужно было ежегодно подтверждать перед комиссией в составе командира корабля, старпома и боцмана (требовалось доскональное знание всего корабля). Плюс надбавка за нахождение в море. У меня иногда выходило до 300 рублей в месяц.

Это много?
Для сравнения могу сказать, что средний рабочий на металлургическом заводе в те времена зарабатывал 140-150 рублей. После армии у меня, дежурного электрика на стане (с седьмым разрядом!), получалось примерно 180 рублей в месяц.

Если не секрет, как вы распоряжались деньгами?
Какой уж тут секрет! Мы находились на полном обеспечении у государства. Вплоть до того, что курящим полагались папиросы, а некурящим – дополнительный сахар. Я не курил, сахар тоже по большей части товарищам отдавал.
В свободное время можно было занять себя в кружках самодеятельности, на танцы сходить в клуб офицеров. Деньги и тратить-то по большому счету некуда было. Так, на мелкие расходы только.
Отец у меня умер в 1951 году. Я приезжал на его похороны из армии. В Таганроге остались мать-инвалид да два младших братишки. Жилось тогда нелегко. Поэтому почти все деньги пересылал им.

Вы все четыре года после учебки служили на одном корабле?
Нет. В начале 1953 года промышленность передала Черноморскому флоту эсминец «Пылкий». Командиром его стал капитан I ранга Быков. Он подбирал костяк нового экипажа среди лучших специалистов эскадры. Потому новый корабль сразу, без периода «детских болезней», стал образцовым, брал на учениях приз за призом. В составе первого экипажа «Пылкого» я и служил оставшиеся два года.

Каким был ваш самый дальний поход?
Черноморская эскадра ходила с визитом дружбы в ещё нейтральную тогда Турцию. Заходили в Босфор. «Пылкий», если не ошибаюсь, находился в охранении линкора «Новороссийск».
Не обошлось в тот раз без небольшого инцидента. Вокруг нашей эскадры начали кружить разведывательные самолеты. Наши в ответ объявили по кораблям боевую тревогу. Как только зашевелились стволы орудий, заклятых друзей как ветром сдуло.

А тогда вообще в Черном море появлялись корабли вероятного противника?
Я такого не припомню. Союзники заходили. При мне в Севастополь приходила польская эскадра. Поляки тогда пожаловали на танцы, но вели себя не подобающе. Стали приставать к русским девушкам, руки распускать. Нам пришлось вступиться.

Ну, и как? Братишки не подкачали?
Не подкачали... (улыбается)

Чуть раньше вы упомянули линкор «Новороссийск». Вы видели, как он погиб?
К сожалению, видел.
Красивый был корабль! Наш флот получил его в счет репараций с Италии.
Дело было в 1955 году. Эсминцы (в том числе и «Пылкий») вместе с «Новороссийском» вернулись в Севастополь после учений. «Пылкий» сразу пришвартовался к минной стенке. А линкор вошел в базу последним, не успел даже на бочку стать и вывести машины. Раздались два взрыва в носовой части флагмана. Он начал крениться.
Эсминцы, сыграв боевую тревогу, тут же развели пары и вышли в море. Это было правильное решение. Как потом выяснилось, взрывная волна на «Новороссийске» не пробила всего одну переборку до носовых артпогребов. Если бы сдетонировал боекомплект, могло разнести половину Севастополя.
Линкор перевернулся. Разрезая корпус, удалось спасти многих членов экипажа. Но погибло всё равно огромное количество моряков – около 600 человек. И среди тех, кто погиб, и среди тех, кто спасся, были таганрожцы... Тела некоторых погибших забирали родители, остальных хоронили в Севастополе.
Результаты расследования этой трагедии до личного состава флота не доводили. Знали о ней только то, что видели своими глазами и что флотская молва доносила.

Когда срок службы на флоте сократили на год, вам не было обидно?
Получилось так, что наш призыв одним из последних служил пять лет. Но все равно обиды никакой не было. Когда срок службы подошел к концу, были рады, что скоро вернемся домой, встретимся с родными и друзьями.

Как после флота выстроилась ваша жизнь?
Вернулся домой. Недельки три погулял, потом устроился на работу. Туда же, откуда уходил на службу: в листопрокатный цех ТМЗ. До тех пор, пока не заработал денег, ходил в морской форме.
17 лет отработал электриком на стане, потом еще 18 – на кране, обслуживавшем листопрокатный стан. Пенсионером стал по «горячей сетке», в 50 лет. Но ещё долго, вплоть до 1997 года, работал слесарем-инструментальщиком в центральной лаборатории метрологии.

--------------------------------------------------------------------------------------

Эскадренные миноносцы проекта 30-бис строились огромной серией (68 единиц) в 1948-53 годах. При их проектировании и строительстве использованы ряд революционных для отечественного кораблестроения решений. Служили во всех четырех советских флотах.
Водоизмещение 2300/3100 т
Размеры: длина 120.5 м, ширина 12 м, осадка 4.25 м.
Максимальная скорость – 36 узлов
Дальность плавания – 3600 миль при скорости 19 узлов
Экипаж – 286 человек
Вооружение – четыре 130-мм орудия в двух башнях, одно спаренное 85-мм зенитное орудие, 13-14 стволов зенитных автоматов, два пятитрубных торпедных аппарата, 50-60 глубинных бомб или мин.
Эсминец «Безупречный» вошел в состав ЧФ 7 ноября 1950 года, 3 мая 1962 г. выведен из боевого состава и законсервирован, 14 марта 1975 г. разоружен и передан на утилизацию.
Эсминец «Пылкий» вошел в состав ЧФ 18 января 1953 года, передан Индонезии 11 февраля 1961 года, до 1973 г. служил в ВМС Индонезии под именем «Дипонегоро», после чего был продан на слом.
Изображение

Аватара пользователя
SailoR
Посетитель
Сообщения: 19
Зарегистрирован: Вт янв 30, 2007 8:51 pm
Откуда: Moscow

Сообщение SailoR » Вт мар 06, 2007 12:38 am

Интересно. Спасибо.

Пять лет это сурово, я три года служил :D
Never Say Die!


Вернуться в «-=Военная история=-»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость